Между Любовью и Страстью [Первая книга] - Карина Волк

— Это невозможно, Арина. Таких, как я, не любят. Между нами может быть лишь страсть, но никакой любви. Когда ты меня узнаешь получше, то поймёшь, что я…, — пока он говорил, я даже не дышала, жадно проглатывая каждое его слово.

— Что ты?

Родион Сергеевич удручённо ухмыльнулся.

— Самый лицемерный и эгоистичный мужчина, которого ты встречала в своей жизни, — уверенно констатировал он, собственно, не сообщив ничего нового для меня. — Мне всегда будет мало одной женщины. Не могу насытиться лишь одной. Даже такой сногсшибательной, страстной, чувственной девушкой, как ты.

Вроде бы подарил крылья, но одновременно успел их подрезать, лишний раз доказав, что я одна из многих.

— Ты больной?

— Да. Больной. И сейчас я неизлечимо болен тобой.

Родион крепче прижал меня к себе, отчётливо ощущала его огромную эрекцию. Приглушённо вдохнула и рвано выдохнула.

Мне несказанно нравилась реакция его тела, но вместе с тем, огорчённо осознавала, что это лишь физиология. Между нами нет никакой эмоциональной близости.

— Арина, знаешь, чего больше всего хочу сейчас.

— Догадываюсь.

Миг и Сибирёв, решительно приподняв меня за филейную часть, торопливым движением сорвал с меня брюки вместе с трусиками и быстро разобравшись со своими штанами, резким толчком ворвался в моё жаждущее, изнывающее от похотливого желания тело.

Неистово, громогласно застонала, дёрнувшись и приподнимаясь на локтях — его член растягивал мою плоть.., даря сказочное, греховное, запретное удовольствие и безграничное наслаждение.

Глава 16. Игнат

Замер, постепенно осознавая, что Александра — невинная, нетронутая девушка. В порыве горочки страсти, обуреваемый желанием, не сразу уловил её неловкость, опытность, смущение. Банально посчитал, что у девочки были отношения лишь с сопляками, которые вряд ли могли удовлетворить истинные желания женщины.

Проклятие. Резко отстранился от неё, молниеносно выпрямился, наблюдая за тем, как супруга, приходя в себя после сладострастного наслаждения, испуганно натягивает на соблазнительное, обнажённое тело одеяло, скрывая от меня свои искушающие девичьи прелести.

— Что случилось, Игнат?

Яростно схватил штаны и, натянув их, разгневанно, с откровенным разочарованием и возмущением, провозгласил, — а ты сама не понимаешь? Думаешь, я такой не идёт, что не пойму.

Саша нервно всхлипнула, в ярко-чёрных глазах свет потух. Она была похожа на прекрасного, маленького воробушка, который пребывал в состоянии растерянности.

Б… ь! Вот как такое возможно? Ей двадцать лет, она красивая, миловидная девушка с шикарной фигурой. Бесспорно, что такая девочка легко привлекала внимание мужчин.

— Ты девственница, — жёстко и резко констатировал.

Саша застыла, она словно покрылась холодной кромкой льда, девочка неподвижно сидела на месте, боясь произнести даже слова.

— Девственница, — решительно повторил, суетливо водя пальцами по волосам, негодование разрывало меня на куски.

Чёртово возбуждение не покидало меня.

— Девственница, — робко, но вполне уверенно призналась она. — И что такого, Игнат. В чём проблема?

— А ты считаешь, что никакой проблемы не существует? — Огрызнулся, поражаясь её наивности. — Ты не считаешь, что твой муж имеет права о твоей невинности? Ты хоть понимаешь, что о таком сразу предупреждают. А не тогда…, — замолчал, не стал накалять обстановку, чувствуя, как ещё сильнее смущается и пугается Саша.

Пи… ц! А чтобы случилось, если бы я отказался от всех этих прилюдных ласк и сразу перешёл к активным действиям. Как бы она себя чувствовала? И как бы чувствовал себя я?

— В чём проблема, Игнат? Моя невинность так сильно тебя испугала? Ты никогда не был с невинными девушками? Боишься оплошать?

Провокация. Слишком опасная и непредсказуемая провокация сорвалась с её сладких-сладких губок. Комнату освещал яркий свет, а вот перед глазами стояла сплошная тьма.

— Не провоцируй меня, девочка. Последствия тебе не понравятся.

— Мне уже не нравятся последствия. Как же ты не понимаешь, что твоё бездействие и равнодушие страшно обижает меня.

Озадаченно приподнял брови.

— Ты хочешь продолжения?

— Хочу. Очень хочу, — ни на миг не задумываясь, проговорила она. — Моя девственность тебя совершенно не должна беспокоить. Так получилось, что не встретила достойного мужчину. А ты мой муж. Значит будешь первым. Но это вовсе не означает, что я тебя полюблю и захочу прожить всю жизнь.

Сомнения неспешно стали рассеиваться. Александра, как взрослый человек расставила все акценты. Невольно усмехнулся. А миг мне даже показалось, что она именно для меня хранила невинность. Идиот!

Долой все угрызения совести… Передо мной самая настоящая благодать. Непроизвольно провёл взглядом по манящему телу. Упругая грудь, тонкая талия. Широкие бёдра, — такое тело и всё ещё никем не тронуто.

Нужно быт конченым глупцом, чтобы отказаться от такого подарка судьбы. Хотя в одном Александра оказалась права. Опыта с девственницами у меня было крайне мало, от слова «совсем». Разум затуманивается, нежность испаряется. Я просто дико хочу её! Пох. й, что девственница, Александра — взрослая малышка, она готова и желает меня. Первый раз всегда больно. Так какого хера я буду изгаляться? Перетерпит! Такая уж бабья доля. Все они циничные и самовлюблённые… В карих глазах плещется страх, и вместе с тем откровенное вожделение…

Медленно опускаюсь, избавляясь, спешено и слишком несвоевременно натянутых брюк. Большой палец пытается нащупать заветный бугорок, всё же немного жаль её, она ещё не осознаёт, какую глупую ошибку совершает. Свою невинность нужно подарить любимому дорогому мужчине, который оценит её, а вовсе не мне, человеку, который вынужденно женился на ней…

Александра — милая и добрая девушка, хотя и пытается изображать из себя циничную девушку. Она достойна любви. Только я ей никакой любви подарить не смогу. После предательства Алисы, стал как пустыня. Сколько ни поливай нежными, ласковым дождём, стремясь зародить цветы любви, всё тщетно и бессмысленно.

— Тише, сладкая. Т-ш-ш-ш, — шепчу я ей и вновь улыбаюсь. — Тебе лучше расслабиться.

— Хорошо, — покорно простонала малышка.

— Хорошо, — хрипло ответил и убедившись, что супруга достаточно влажная, стремительно ворвался в податливую плоть, с губ Александры молниеносно срывается громогласный крик боли. Тёплая, тугая, невинная плоть встретила меня сопротивлением, но поддалась мужской силе и вскоре приняла меня всего.

Нежно и ласково продолжал входить и выходить, губами расставляя неприличное количество алых меток по её телу, в особенности на груди и шее. Чтобы видела, знала, помнила, кому принадлежит!

— Прекрасное начало нашего тесного сотрудничества! — Хрипло заявил, встретившись взглядом с покорной девочкой, которая постепенно начала отходить от боли. Её горький всхлип из-за слишком грубого толчка приблизил меня к завершению. Дёрнувшись ещё несколько раз, излился на её вздрагивающий животик, зачерпнул пальцами немного спермы и неожиданно для самой Саши мазнул ими по приоткрытым губам.

* * *

Часы показывали почти три